Звенят в полях колосья. ( О Павле Дмитриевиче Кораблинове, из Нового Киркино)

Приближается юбилей Великой Победы в Великой Отечественной войне. К этой дате мы приурочили цикл публикаций под рубрикой «80-летие Великой Победы».

Отшумели весны юности, вместе с огненными всполоха­ми пожарищ и взрывов военной поры. Может быть, и не было ее вовсе, юности той? Только боль да гибель таких же, как сам, безусых юнцов, и осталась в памяти от тех далеких лет.

Столько пережить, сколько Павлу Дмитриевичу Кораблинову довелось вынести, не каждому достается. Ушел он, крестьянский сын, из села Новое Киркино, поклонившись земле родной, и долгие годы лишь вспоминал поля золоти­стые, перепелиными голосами разбуженные. Ведь и там, на войне, приходилось припадать к таким же колосьям и думать, сколько жизней можно было спасти, если б не взрывы сна­рядов да свист пуль, а рокот тракторов да комбайнов звучал в поле.

А голодных смертей пови­дать ему немало довелось. На Ленинградском фронте.

— Такой трагедии и муже­ства, как в Ленинграде, пожа­луй, и представить трудно, — вспоминает ветеран, — люди продолжали жить, трудиться, хотя едва держались на ногах.

И в госпиталях пришлось ему побывать четыре раза: отлежится, подлечат — и снова в бой. Что ж делать, война все планы да мысли людей смешала.

Но пришел и ей конец. С медалью «За отвагу» да рана­ми вернулся домой, а отдыхать некогда, ждали поля мужского ухода. И на тракторе привычно принялся за мирный труд.

— Как-то и не замечал уста­лости, — говорит он. — После того ада, из которого вырвался, хотелось побольше хлеба вы­растить.

Естественное желание че­ловека, познавшего цену хлеба, спасительных горстей зерен, так нужных в годины испытаний.

А потом была мирная жизнь. И семейные заботы, как и у каждого человека. С женой своей, Любовью Васильевной, он прожил почти полвека. Многое было в жизни их, но сохранили они верность друг другу, любовь да взаимоува­жение.

Вот только живется на ста­рости лет тяжело. Далеко от магазина живут Кораблиновы, порой и хлебушка не бывает. Ведь в Новом Киркине зимой жителей очень мало остается, в основном такие же старики да инвалиды. И получается так, что воевал Павел Дмитриевич за землю, много лет пахал ее, матушку, потом своим поливал, зерно растил… А на старости лет приходится без хлеба сидеть. Не возят его в Киркино, заметает зимой все пути-дороги, так что и не вы­берешься.

Просят Кораблиновы тех, кто посильнее, привезти хле­ба, готовы и деньги за услугу заплатить, трудно инвалиду второй группы Павлу Дмитри­евичу за несколько километров отправляться за продуктами, вот и живут, горе мыкают. Мо­жет быть, на 9 Мая и вспомнят о нем, победителе, и поздравить поспешат, а вот сейчас живет он в забытом домишке, крутит­ся как может, и все чаще ему в метельном вое да гуле другое — огненная пурга — слышится.

Тяжело ворочается в по­стели по ночам, все больше хвори одолевают, и нет сил уже рвануться вперед, как это было в далекие годы, чтобы одолеть эту злую метель, со­брать колосья, которые звенят под снежным ветром, уберечь их, янтарные и теплые, чтобы вошли они в дом душистым караваем.