Последние дворянские гнезда 8

(из семейной хроники рода Воейковых. Село Ольховец Рязанской губернии Михайловского уезда)

Часть 3

Воейковы. Родословная

Вид усадебного дома в Финяеве
Вид усадебного дома в Финяеве – усадьбе князей Гагариных в Михайловском уезде Рязанской губернии. Фото 1896 г.
Наша родословная (рода Воейковых) лежала всегда в письменном столе моего отца – Дмитрия Аркадьевича Воейкова: я всегда помнила её: на хорошей пергаментной бумаге, с изображением на первом листе, посредине, четырех зверей, нарисованных в ярких красках, расположенных 2 наверху, а 2 ниже, после чего было описание этих знаков и начиналась родословная (теперь хранится и РГАДА – Н В.). По описанию её мы, Воейковы, происходили от болгарского рода Войтиго-Войтиговичей, от князя Тырновского, переехавшего в Москву в 1300 году при Иоанне Калите. Приняв русское подданство и православное вероисповедание, он стал называться Воейковым, потеряв свое княжество: ему был оставлен лишь княжеский герб, который сохранился в родословной грамоте. Тырновскому-Воейкову было пожаловано поместье в несколько сот десятин земли в калужской губернии.
Отцом моего дедушки Аркадия Владимировича Воейкова был Владимир Иванович Воейков, герой Севастопольской кампании, имелся доле рисованый с него портрет, его, сидящего в кресле без одной ноги, с костылями в руках Он был пожалован благодарственной грамотой Государем Александром I с приложенной к ней в подарок золотой шпагой. Владимир Иванович Воейков был женат на сестре Сергея Тимофеевича Аксакова – Анне Тимофеевне Аксаковой, родившей пять сыновей Воейковых, из которых Аркадий был первым сыном (мои дед – Аркадий Владимирович Воейков) Дальнейший род Воейковых и продолжался от него, в родословную вошла Любовь Дмитриевна Кутузова, ставшая женой Аркадия Владимировича.
Всех сестёр Кутузовых было семеро и один брат — Александр Дмитриевич Кутузов. Приходились ли они родственниками светлейшему князю Голенищеву-Кутузову – я не могла разузнать. Все они были вполне обеспечены, каждая из сестёр имела по 200 десятин земли.
Сёстры Кутузова: Мария Дмитриевна- в замужестве княжна Волконская; Надежда Дмитриевна – в замужестве Черторижская; Вера Дмитриевна – в замужестве Кузмина; Варвара Дмитриевна – в замужестве княжна Гагарина; Любовь Дмитриевна – в замужестве – Воейкова; Анна Дмитриевна – в замужестве Протопопова; и седьмая сестра (??) – в замужестве Иевлева.

Аркадий Владимирович Воейков

Аркадий Владимирович Воейков хорошо знал своего родного дядю Сергея Тимофеевича Аксакова, был с ним дружен и поддерживая свои отношений дружественной перепиской Он унаследовал много черт от Аксакова был по натуре художником, поэтом, мечтателем, идеалистом, с мягким и деликатным характером. Наружностью он был похож на Ивана Сергеевича Аксакова (своею двоюродного брата, сына С. Т. Аксакова) высоким лбом, носом горбинкой, с густыми, седеющими волосами, красивыми добрыми глазами и красивыми губами, прикрытыми усами и густой бородой. Был страстным любителем природы и охотником ловить рыбу. Воейковскими же отличительными чертами у него были – горячность, страстность, способность увлекаться до самозабвения искусством, музыкой, любовью театром, поэзией, книгами, с одной стороны, а другая сторона в характере были уступчивость, мягкость. Соединяя в себе черты двух родов – Воейковых и Аксаковых – Аркадий Владимирович представлял собой интересную живую натуру. Но, будучи весьма непрактичным, он быстро прожил своё состояние, остался без средств; служил посредником и получал небольшое жалованье; выручал лишь небольшой доход с имения, доставшегося ему от рано умершей жены – Любови Дмитриевны. Несчастная Любовь Дмитриевна прожила в замужестве очень мало времени. Она умерла в полном сознании; попросив к себе бонну троих детей — Минну Леонтьевну, она просила её со слезами – не бросать детей, взять под своё попечение, любить их. Она взяла с неё слово, что она свято исполнит её завещание и заменит им мать. Минна Леонтьевна была глубоко растрогана; она искренно обещала Любови Дмитриевне отдать свою душу остающимся троим сиротам. И Любовь Дмитриевна успокоилась, она верила доброй немке. Нельзя передать, в каких отчаяньи и горе находился Аркадий Владимирович после смерти ещё молодой и очень красивой Любови Дмитриевны. Он пробовал лишить себя жизни и сделал бы это, если бы не помешали ему его родные. Первое время он был совсем ненормальный, и все боялись за его жизнь. Аркадии Владимирович был очень горячего характера, способным увлекаться до самозабвения, но так же быстро спадали с него эти безумие и горячность. Скоро он быстро увлёкся какой-то черкешенкой, чуть было не женился на ней, и только с помощью сестёр умершей не сделал этого: они сумели отговорить его жениться на некультурной женщине. Прошло немного времени, как Аркадий Владимирович женился на дочери писателя Вельтмана Надежде Александровне. Он мне рассказывал сам, что сделал предложение Надежде Александровне после её игры на рояли Квазиум фантазии Бетховена, так понравилась ему её игра…

Дети Аркадия Владимировича Воейкова

От первого брака Аркадия Владимировича Воейкова с Любовью Дмитриевной Кутузовой осталось трое детей; сыновья Владимир и Дмитрий (мой отец – Дмитрий Аркадьевич Воейков) и дочь Анна. В небольшом деревенском домике (сельцо Грязное, Михайловского уезда, Рязанской губернии) продолжала жить семья Воейковых в составе Аркадия Владимировича, его второй жены (урождённой Вельтман), бонны-немки, давшей слово Любови Дмитриевне взять на своё попечение детей, и – Володя, Митя, Аня. Тихо ютились они в немногих, но довольно просторных комнатах Грязновского дома. Добросовестно и с любовью исполняла своё обещание Минна Леонтьевна, ухаживая за детьми. Легко было руководить этими необыкновенно добрыми, кроткими, послушными мальчуганами, и они очень любили свою бонну. Любили друг друга, но часто ссорились со своей сестрой Анютой, которая была страшно вспыльчива и капризна. Трудно было бедной Минне Леонтьевне справляться с Анютой, упрямой и настойчивой девочкой. Уж если она начнет капризничать, то эти капризы затягивались чуть ли не на сутки, и ничего нельзя было поделать с капризной девочкой, по существу, бывшей очень доброй, готовой отдать всё своё бедным… У неё была раньше няня Лукерья, которая несмела отходить от неё ни шагу, после того, как та ляжет спать в кроватку. Подтыкая под неё тёплое одеяльце, няня начинала баюкать Анюту «баю-бай» и, если Лукерья склонялось к ней головой, то девочка начинала заражаться дремотою; но едва только Лукерья пропускала наклоняться и петь, о сама готова была, опустя голову, сладко поспать, как Анюта, моментально проснувшись, начинала кричать ей: «Тетеря, тетеря!» — и Лукерья опять налаживала своё пение и укачивание девочки. Когда девочка часто капризничала, то мальчики начинали дразнить её, изображая индейского петуха с распустившимися крыльями, пускавшегося топтать всё около неё.
Мальчики Дмитрий и Владимир унаследовали от своего отца многие черты: оба были удивительно талантливы и способны к музыке, рисованию, писанию, и Сергей Тимофеевич Аксаков, заметив дарования юношей, написал об этом Аркадию Владимировичу.
Письмо С.Т. Аксакова к А.В. Воейкову:
Москва. 9 апреля 1856 года.
Если бы ты знал, друг Аркадий Владимирович, какое удовольствие доставило мне твое длинное письмо, как ты говоришь, то конечно, был бы доволен. Самая высокая награда для сочинителя состоит не в похвалах его сочинений, а в искроенном сочувствии читателей. Я знал, какое удовольствие доставят, особенно тебе, моя хроника и воспоминания; знал добрую и чувствительную твою душу, и с наслаждением заранее воображал, как ты получишь мою книгу, и будешь читать в кругу твоих детей и родных, в своем тихом, уединённом уголке. Письмо твое доказало мне, что я не ошибся, оно оставило во мне навсегда приятное и глубокое впечатление. Сердечно благодарю тебя, что ты обстоятельно уведомил меня о своем здравии и семействе, хотя мне жаль, что ты не вполне доволен Володей, но я вижу в этом его художественную натуру, он музыкант по призванию. Скажи мне пожалуйста, неужели, он оставил скрипку? Конечно, образованность необходима, и ты поступаешь прекрасно, следуя внушению твоего доброго сердца. Поверь, что он примется отлично учиться не вдруг, а со временем. Митя твой восхищает меня своим литературным направлением. Отчего, ты говоришь, что не можешь дать ему дальнейшего развития? Сыновей твоих только надобно будет поместить в Московский университет на казенное содержание, и я надеюсь тебе помочь в этом. Поверь, любезный друг, Аркадий Владимирович, что я всегда умею ценить твоё высокое самопожертвование воспитанию твоих детей, особенно при твоих скудных и трудных обстоятельствах. Дети должны вознаградить тебя своей благодарностью, любовью за твою редкую отцовскую любовь. Впрочем, я уверен что ты находишь награду в собственной твоей душе.
Теперь расскажу те6е до моей души относящеся я часто прихварываю, но вообще, слава богу, довольно здоров. Всего чаще изменяет мне зрение, так что я не могу ни читать, ни писать свободно, а всё это делаю понемножку. Ольга Семёновна обыкновенно бывает довольно здорова, но теперь очень простудилась во время говения и сделалась было очень больна, теперь ей лучше, но кашель продолжается очень сильный. Оленька, в сравнении с прежним, была в лучшем положении, но она теперь крепко расстроилась по случаю какой-то опухоли. Прочие все, слава Богу, здоровы. Константин продолжает заниматься своими литературными и учёными трудами. Посылаю тебе его речь, сказанную на обеде, данном графу Сакену, по подписке от всего московского общества. Иван только с неделю, как воротился из Бессарабии, воротился по милости Божией, жив и здоров, хотя весь этот край был ни что иное, как обширный госпиталь, где люди умирали как мухи. Если буду жив и здоров, то немедленно, по наступлении тёплой погоды, приеду в своё Абрамцево и примусь за свои любимые удочки. Хотя рыба у нас очень мелкая, но я доволен, что она есть, и уженье находится в саду. Сверх того есть около меня три проточных пруда, а в самом близком расстоянии есть и два маленьких копаных пруда с карасями. В начале июня появятся грибы, и всё время будет у меня приятно занято. Летом я ничего не диктую, даже мало слушаю чтение. Я очень знаю, милый друг, что нисколько не виноват во всём происшедшем в вашем семействе. Прощай, мой друг, Аркадий Владимирович, дай Бог тебе здоровья и душевных сил. Крепко тебя обнимаю вместе со всей твоей семьёй. Друг твой и дядя, С. Аксаков»

Дворянские гнезда России. История, культура, архитектура. Жираф, 2000 г. Любовь Духовская Стр. 374 – 375

Не нравитсяТак себеНичего особенногоХорошоОтлично (2 голосов, в среднем: 4,00 из 5)
Загрузка...

Оставьте комментарий